Легендарная французская авантюристка XVIII-XIX века похоронена в маленьком городке Старый Крым, где в конце апреля 1826 года тихо скончалась неприметная иностранка – Жанна де Гоше. В последний путь престарелую француженку провожала только служанка из местных армян. Почти 150 лет у могилы де Гоше паслись козы, вскоре не стало ни кладбища, на месте которого в 70-х годах расположился городской рынок, ни самого надгробия, которое, скорее всего, стало частью фундамента одного из здешних строений. Так жестоко судьба распорядилась памятью о, пожалуй, самой известной французской авантюристки – графини Жанне де Сент-Реми де Валуа де Ла Мотт, о которой знает любой, прочитавший книгу Дюма «Три мушкетера». В нем великий романист называл эту великую женщину Миледи (леди Винтер). Однако «Три мушкетера» и зловещая леди Винтер, которая испортила жизнь Атосу и попила крови королеве и ее преданным мушкетерам, – это всего лишь вольная фантазия Дюма-старшего. Ни краденых подвесок, ни самой Миледи, казненной лилльским палачом в лодке на реке, в реальной жизни не было. А была совершенно другая история, которую во Франции может пересказать каждый школьник и которая легла в основу другого романа Дюма – «Ожерелье королевы». В нем почти все действующие лица и события – реальные. Именно эта история и прославила на всю Европу Жанну де Валуа.


Изображения богов на монетах Боспора IV в. до н.э.- I в. н.э.

Арес на драхме из Феодосии
Сатир без бороды на монетах Пантикапея
«Обол Махара», II в. до н.э.
Боспорские золотые, серебряные и бронзовые монеты с изображением античных богов

 

Монеты, несомненно, принадлежат к числу наиболее многочисленных исторических источников. Сохранилась до нашего времени лишь ничтожная часть существовавшей некогда массы монет, но и самая малая часть ее представляет величину довольно основательную». Это справедливо и для монет Боспора. Изучение изображений на монетах Боспора показывает, что нумизматика этого региона представляет собой одну из ветвей великого античного искусства. Она имеет свои специфические особенности: сочетание греческой и местной культуры, самостоятельность типов изображений, наличие в монетных типах сюжетов, отражающих явления местной жизни, большое декоративное мастерство, выработку своеобразных художественных приемов, сочетающих обобщенность трактовки портретов и предметов с подчеркиванием метко подмеченных реалистических деталей. Являясь изделиями художественного ремесла, монеты городов Боспора представляют собой также источник по изучению истории техники и истории искусства. В некоторых случаях это — шедевры изобразительного искусства, не уступающие монетам Греции.

Феодосийский "менгир"

В наши дни в Крыму на популярных сайтах “поставленные” камни именуют только “менгирами”, придавая им особое эзотерическое значение. Однако количество таких камней невелико. Они обнаружены в Бахчисарае (урочище Богаз-Сала) и возле упомянутого ранее древнего поселения Скеля (Родниковское), в Алуште (Алуштинский кромлех) и в Феодосии – каменный столб на холме Митридат. Следует добавить, что “поставленных” камней в Крыму было замечено гораздо больше. О них в работе “О древностях южного берега Крыма и гор Таврических” упоминает П. Кеппен (1837 г.), считая, что они установлены на татарских могилах. Но ученый, внимательно регистрирующий любые древние артефакты и сооружения, нигде не упомянул о гранитных феодосийских столбах. Конечно, по формальным признакам, когда “вертикальные размеры заметно превышают горизонтальные”, феодосийский столб можно назвать менгиром, но можно и колонной, или лингамом и пр. Это уж как кому нравится. А все потому, что в действительности никто не знает его предназначение. Как сообщил Андрей Евсеев, директор Феодосийского музея древностей: “…мы просмотрели все дореволюционные указатели и ни в одном из указателей эти столбы не указаны, как экспонаты музея”. Следовательно, сопроводительных сведений нет, и скорее всего потому, что столбы не представляли исторической ценности.