Именно Е. Е. Кёлер обратил внимание научного сообщества — Конференции (Общего собрания) Императорской Петербургской АН — на неизученность основных вопросов истории и археологии античных государств Северного
Причерноморья. Антикварий упрекнул русских ученых в том, что иностранные путешественники их опережают «в славных научных открытиях» в области изучения причерноморских классических древностей и поставил вопрос о необходимости точной локализации греческих городов Понта Евксинского [147].

Ему принадлежит первенство в издании ряда севернопричерноморских античных монетных типов, в том числе чеканки античной Феодосии.Единственная известная в то время медная монета из собрания Эрмитажа была дважды издана Е. Е. Кёлером: в «Письме о медалях Европейской Сарматии…» [148] (ил. 61) и в исследовании о памятнике боспорской
царицы Комосарии (ил. 62) — «голова в каске» вправо; по мнению автора, возможно, портрет архонта города, на обороте — горит с луком и палицей и надписью “фео”, сокращенное от эолийского [149].

Согласно заключению ученого, эолийский диалект греческого языка преобладал в этом античном городе, именно на нем говорили «Февдосия», а не Феодосия. Господин Лякомб в описании нумизматического кабинета г-на Хантера (Ншнег) принял медную монету греческой колонии Метапонт в области Лукания (Южная Италия) за монету севернопричерноморского города Феодосии (Тпёидовхе). На ней «виден Гермес, стоящий боком, на другой стороне ячменный колос с надписью ФЕОДОС [150], но тип и чекан монеты, также как и форма букв 6 и С не соответствуют этому утверждению».

-Примеры наших работ – фото отделка квартир , различные варианты отделки и дизайна-

Впервые ошибку Лякомба подметил «отец античной нумизматики», директор Императорского Мюнц-кабинета в Вене и профессор классической археологии Венского университета Йозеф Хиларий Эккель [151].

Е. Е. Кёлер констатировал, что «имя магистрата Феодосия привело Лякомба к ошибке и заставило его причислить эту монету к нашему городу, расположенному в Херсонесе Таврическом» [152] (т. е. к античному полису, расположенному на Крымском полуострове). В составе собрания Хантера эта монета попала в собрание Университета Глазго, полный каталог которой издан Дж. Макдональдом на рубеже ХГХ-ХХ вв. [153]

Таким образом, именно Е. Е. Кёлер ввел в научный оборот первую в мировой нумизматике монету античной Феодосии, которая хранится в Эрмитаже. Это медный тетрахалк: аверс — Афина в шлеме вправо, реверс — лук в горите, палица Геракла и надпись ФЕУ, относящийся к третьей четверти III в. до н. э. [154] Недавно А. В. Гаврилов и И. В. Шонов высказали предположение, что на монетах этого типа представлена не Афина в шлеме коринфского типа, а безбородый Арес [155]. Современные археологи, сами того не подозревая, через 200 лет вернулись к предположению Е. Е. Кёлера, считавшего изображение на аверсе феодосийских монет мужской головой, а не женской.

Среди наиболее примечательных памятников Феодосии, еще до поездки в Крым 1821 г., Е. Е. Кёлер назвал в рапорте, адресованном Конференции (Общему собранию) АН, «весьма красивые, высокие и обширные башни в Кефе, из коих некоторые еще целы. В начале сего столетия посланы были в С. Петербург жалобы, что сии величественные памятники хотели сломать. Сии башни заслуживают, чтобы их починили, и тогда можно бы было обратить их в пользу города», а также «огромную и великолепную мечеть в Кефе, у коей бывшие весьма высокие минареты сломаны около 1794-1796
годов. Некоторые другие достопримечательные и огромные турецкие здания в Кефе» [156].

Спутник ученого по экспедиции 1821 г., французский архитектор на русской службе Эжен Паскаль [157] должен был сделать четыре рисунка — «Вид города и гавани Кефы», «Вид и план турецких бань Кефы», «Генуэзские развалины Кефы» [158], но были ли они выполнены, неизвестно.