После длительных войн, разорений и опустошений, уже при Асандре, но особенно при Аспурге, положение на Боспоре стабилизировалось. Начался период его нового, второго расцвета, охвативший — начало III в. н. э. Заметно изменился этнический состав населения государства: с одной стороны, оно пополнялось эллинами (в основном из южнопонтийских государств), с другой — в значительно больших размерах — сарматами из степных районов. Усилилась варваризация общества и государства, идеологии и культуры. Она охватила и греческие элементы городов, а тамгообразные знаки, явно сарматского происхождения, стали именными личными символами боспорских царей. Длительное правление Аспурга (8 г. до н. э./14 г. н. э. — 37 г. н. э.) оставило заметный след в истории Боспора.

Сохранились важные документы, датирующиеся 15 г. н. э. — рескрипты Аспурга гражданам Горгиппии, из которых следует, что царь предоставил ее жителям льготы, освободив от части налогов и пошлин на сельскохозяйственные продукты в благодарность за сохранение верности во время его поездки в Рим. Отлучку правителя использовали недовольные им для организации каких-то волнений на Боспоре.

Поездка к римскому императору была нужна Аспургу для получения подтверждения его прав на престол. Он добился желаемого, а заодно и звания «друга римлян», в 14 г. н. э. На монетах Аспурга красуются портреты римских императоров. Аспург называл себя в честь фракийского царя Рискупоридом (желая подчеркнуть связи с Фракией, в то время, подобно Боспору, бывшей в зависимости от Рима), а в честь римского императора — Тиберием Юлием. (В дальнейшем имя Рискупорид стало наиболее распространенным среди боспорских царей, а имя Тиберий Юлий присоединялось к именам почти всех правителей Боспора.)

Несомненна связь Аспурга (возможно, родственная) и с сармато-синдо-меотскими племенами, в особенности с аспургианами. При Аспурге укрепляется центральная власть. Территория государства расширяется за счет успешных войн царя со скифами и таврами в Крыму, а также племенами Восточного Приазовья и Прикубанья. Под боспорским протекторатом все еще находится Херсонес.

Боспор в глазах римлян был источником хлеба, сырья и важным стратегическим пунктом; они никогда не упускали его из виду, осуществляя дипломатические связи через свои малоазииские провинции. Рим стремился поставить на боспорский престол своих приверженцев. И все же степень зависимости не была всегда одинаковой (17).

Уже сын Аспурга Митридат (39—45 гг.) воевал с римлянами. С помощью римских войск у него отвоевал престол брат Котис I, в годы его правления (45—68) окрепла связь с Римом, одно время мечтавшим даже превратить Боспор в свою провинцию. С конца I в. н. э. Рим все больше видит Боспоре важный форпост на северо-востоке, способный сдерживать натиск варварских племен.

На Боспоре возводятся оборонительные сооружения, укрепляются границы, усиливаются армия и флот. Савромат I (93—123 гг.) и Котис II (123—132 гг.) одерживают победы над скифами. При Савромате I (174—210 гг.) боспорский флот очищает от пиратов южные берега Черного моря. Рискупорид III (210—226 гг.) называет себя «царем всего Боспора и тавроскифов» (КБН. 1008).

Успешные военные действия с соседними племенам – должны были усилить независимость Боспора от Рима. Возрастание роли войны в жизни Боспорского государства велс к усилению власти царя-военачальника. При дворе содержался обширный штат чиновников. Надпись III в. из Керчи (КБН. 36) перечисляет десятки имен магистратов-придворных. По подсчетам В. Блаватского, только царский двор в Пантикапее (магистраты, их семьи и челядь) составлял около 3 тысяч человек (18). Многочисленны были военные должности.

Города стали еще больше зависеть от центра, с них взимались налоги и поземельная подать, органы самоуправление не играли существенной роли; навсегда исчезла автономная чеканка, сохранилась лишь царская. Между тем городское гражданство составляло основу армии — тяжеловооруженную конницу, а значит опору центральной власти. М. Ростовцев писал: «Перед нами картина государства организованного прежде всего для военной защиты и нападения. Во главе стоит царь, воитель и военачальник по преимуществу.

Около него группируется население городов, их гражданство, с молодых лет подготовляющееся к защите государства под водительством царя. Гражданство это строго отделено от остальной массы населения и группируется прежде всего в особых, подвластных ему и близким ему по общественному положению негражданским купцам, имеющим в своих руках морские силы, коллегиях военно-сакрального характера.

Эти коллегии являются ячейками государственного войска и, вероятно, государственного флота. Первое организуется по городам из гражданства этих городов, большая часть которого является на призыв как тяжеловооруженная конница» (19).